Нефть, стабильно дорожавшая с начала года, в последние 2 дня резко подешевела. В среднем баррель нефти стал стоить на $10 меньше, и аналитики поспешили заявить, что «нефтяной пузырь готов лопнуть». Наличия «пузыря» никто не отрицает. Вопрос – до какого минимума может опуститься цена на нефть?

Сначала факты. Стоимость фьючерсов на нефть марки Brent на август за последние 2 дня снизилась на 7,5%, до $132,75 за баррель, Urals — на 7,2%, до $128,6 за баррель. Августовские фьючерсы на нефть сорта WTI за последние 2 дня потеряли более 8% и опустились до уровня $132 за баррель.

А теперь небольшой ликбез. Торговля нефтью на бирже происходит как по текущим ценам, так и по фьючерсным контрактам (деривативам), ориентированным на будущие поставки. Фьючерсы (то есть условно покупка обещания продать нефть через оговоренный срок по оговоренной цене) сегодня  — основная форма биржевой торговли. На 1 тонну реализуемой нефти приходится 10 фьючерсов. По сути, деривативы – чистая спекуляция, которая ведет к надуванию «пузыря». Как говорят трейдеры, деревья не могут расти до небес. Поэтому рынок как бы «созрел» к понижению цен.

Цены на нефть как биржевой товар определяются двумя ключевыми факторами: текущим и ожидаемым соотношением спроса и предложения. Точных данных о текущем мировом балансе спроса и предложения нефти не существует. Поэтому нефтяные трейдеры ориентируются на информацию об изменении складских запасов нефти, на политические события в нефтедобывающих регионах (например, на Ближнем Востоке) и на прогнозы роста экономики, способные повлиять на динамику потребления. Это еженедельные статданные по развитию промышленности, уровню безработицы и т. д.

В частности, во вторник на нефтяные котировки негативно повлияло заявление главы Федеральной резервной системы США Бена Бернанке о том, что «экономическая ситуация в стране остается нестабильной». А падение рынка в среду усугубила публикация данных Министерства энергетики США об увеличении запасов нефти и бензина в США. Так, коммерческие запасы сырой нефти в США на прошлой неделе выросли на 2,95 млн баррелей (1%)  — до 296,9 млн баррелей, товарные запасы бензина увеличились на 2,47 млн баррелей (1,17%) и составили 214,2 млн баррелей.

Странные это люди – трейдеры. Казалось бы, новость положительная: рост — не падение. Но нет. Увеличение запасов – это «медвежий» сигнал («медведи» — биржевые игроки, играющие на понижение цены деривативов. Их цель – продать контракт, а затем, когда его цена упала, выкупить и продать снова, в отличие от «быков», которые играют на повышение – дешево купил, дорого продал. – Прим. КМ.RU.) для сырьевого рынка, потому что свидетельствует о сокращении потребления, а значит, ухудшении всей макроэкономической ситуации в США. Почему финансовые рынки реагируют прежде всего на самочувствие американской экономики? Просто Штаты – самый крупный оператор на нефтяном рынке. Углубление проблем в экономике США сначала негативно влияет на спрос на нефть внутри страны, а затем эта тенденция, как инфекция, распространяется по всему миру.

Цены на нефть уронили «медведи»?

 Так готов ли лопнуть «пузырь»? И как это отразится на России, чей бюджет и благосостояние полностью зависят от стоимости нефти? Об этом обозревателю КМ.RU рассказал эксперт Центра энергетических исследований ИМЭМО РАН Игорь Томберг:

 — Считаю, что падение цен – краткосрочное. Глобальных факторов, что это станет трендом, пока нет. Ситуация на рынке нормальная. Я не стал бы утверждать, что «пузырь» раздулся до максимума. 10 фьючерсов на 1 тонну – это вполне адекватная пропорция. Бывали ситуации, когда на 1 тонну приходилось 100 фьючерсов; вот это уже повод для паники.

Сейчас много денег ушло с ипотечного рынка, инвесторы выбирают сырье. Если посмотреть на графики, то цены пропорционально растут на все сырьевые активы: уголь, золото, базовые металлы.

Возможно, цены снизились из-за заявления Буша об отмене 14 июля моратория на добычу нефти на шельфе Атлантического и Тихого океанов и части Мексиканского залива. Таким образом, президент предполагает справиться с высокими ценами на бензин и авиатопливо. Нефтяные запасы шельфа оцениваются в 18 млрд баррелей — это примерно пятая часть доказанных запасов США. Хотя в целом это новость положительная. К слову, было бы замечательно, если бы Россию (вернее, ее деньги из кудринских заначек) допустили до участия в этом проекте. Вполне вероятно, что рынок упал, потому что кто-то (а именно «медведи») захотел заработать.

На нашей экономике эта ситуация никак не скажется. Учитывая то, какие валютные и бюджетные резервы есть у России, даже при падении цен на нефть до $100 за баррель все равно в течение следующих двух лет в стране будет профицит и бюджета, и платежного баланса.

Но, повторюсь, уверен, это падение – краткосрочное.

KM